Самодеятельность

| Under: С

САМОДЕЯТЕЛЬНОСТЬ — понятие, употребляющееся в различных философских дискурсах, в которых стремятся 1) раскрыть внутреннюю мотивацию человеческих поступков и действий, 2) связать познавательную и нравственную дея­тельность человека с его свободой. Первая традиция интер претации самодеятельности представлена уже Платоном, ко­торый считал, что учиться означает овладевать своим соб­ственным познанием (Федон 75 е) Самодеятельность здесь отождествляется с самопознанием Аристотель в «Никомахо-вой этике», выясняя причины этических поступков человека, проводит различие между произвольными и непроизвольны-ми действиями человека К непроизвольным поступкам и дей­ствиям он относит те, которые осуществляются под воздей-ствием каких-либо условий — страха, внешней цели, "подне­вольно или по неведению» (Аристотель Соч , т. 4 М. , 1985, 1111а 20—25) Произвольные поступки — те, которые осуще-ствляются по внутренним мотивам, когда человек «действует по своей воле», источником оказывается сам деятель в отли­чие от того, при котором источник поступка и действия «на­ходится во-вне» (там же, 1110 а) Самодеятельность в этой тра­диции определяется через спонтанность и самоопределяемость поступков человека, которые вытекают из его собственных устремлений и осознания целей. Самодеятельность выража­ет тем самым способность мыслящего и действующего чело­века к определению своих поступков внутри себя, из осоз­нанных им мотивов и целей, из возможности его господства над своими поступками и действиями. Одной из важных ха­рактеристик самодеятельности является акт свободного, пред­намеренного выбора, который имеет дело прежде всего с оп­ределением средств для реализации целей. И в случае опре­деления самодеятельности как поступка, коренящегося во внутренней мотивации и воле, и в случае определения са­модеятельности как свободного выбора, самодеятельность, отождествляемая со спонтанейностью, противопоставляется рецептивности, т е простой восприимчивости к внешним воз­действиям.

Эта линия в интерпретации самодеятельности нашла разви­тие в различных вариантах классификации нравственных по­ступков, их детерминации и самодетерминации, представлен­ных в истории этики и педагогике. Так, Ж. Ж. Руссо в рома­не-трактате «Эмиль, или О воспитании» (1762) связывал с са­модеятельностью определенный этап зрелости ученика Ф. А. Зеленогорский в 1900, отмечая, что «широкое развитие самодеятельности в школьных знаниях будет благоприят­ствовать и нравственному развитию учащихся», проводил мысль о том, что активность и саморазвитие необходимо счи­тать основным свойством человеческой природы, что рассу­док «имеет стремление к самодеятельности» и педагогика должна выработать средства развития самодеятельности че­ловека (см Зеленогорский Ф. А. Самодеятельность как прин­цип в воспитании — В кн.: О методах исследования и доказа­тельства М , 1998, с 289, 293). Однако эта традиция в целом не преодолевает альтернативы рецептивности и самодеятель­ности, упускает из виду то, что в актах самодеятельности лич­ность не только проявляется, но впервые, собственно, и фор­мируется, и созидается.

Эта проблема оказалась в центре второй традиции, связыва­ющей самодеятельность со свободным деянием личности, определяющей в нем себя. Эта линия берет начало с Д. Лок-ка, который, противопоставив рецептивность активности, свя­зал с ощущениями пассивность, а с мышлением — активность. Среди действий, в которых ум проявляет свои способности в отношении своих простых идей, суть гл о три: 1) «со­единение нескольких простых идей в одну сложную», 2) «све­дение вместе двух идеи и их сопос гавление друг с другом», 3) «обособление идей от всех других идей» (Локк Д. Соч , т. 1 М , 1985 с. 212). Эту активность ума Локк называет рефлек­сией она формирует сложные идеи (модусы, субстанции и от­ношения) произвольно и « может собственной силой соеди­нять свои идеи и получать новые, сложные» (там же, с 213). Иными словами, Локк сохраняет оппозицию рецептивности и самодеятельности, отождествляя самодеятельность с реф­лексией, и проводит мысль о том, что наиболее трудно по­нимаемые идеи вытекают из двух источников «пассивности ощущений и активности рефлексии» Лейбниц в «Теодицее» показывает, что свобода состоит в понимании случайности и в самопроизвольности, согласно которой «мы сами опреде­ляем себя к действию» (Лейбниц Г. В. Соч. , т. 4. М , 1989, с 325). Самопроизвольность трактуется им как основание свободы: «Верно то, что мы не бываем непосредственно хозяевами сво­ей воли, хотя мы и являемся причиной ее, потому что мы не избираем своих желаний, как избираем наши действия посред­ством мощи наших желаний. Тем не менее мы обладаем и не­которой властью над нашей вочей» (там же, с 333) Тетенс говорил о власти души над собой, отождествляя тем самым самодеятельность с рефлексией. Кант в «Критике чистого ра -зума» проводил различие между рецептивностью чувственно-сти и самодеятельностью рассудка, результатом которой яв-ляются категории: «Рассудок — способность самостоятельно производить представления, т е. самодеятельность знания» (Кант И. Критика чистого разума М , 1998, с 102) Понятая рассудка основываются на самодеятельности мышления, ко-торая обнаруживается в синтезирующей деятельности соеди -нения различных представлений друг с другом и понимания их многообразия в едином знании (там же, с. 118). В этом син -тезе благодаря продуктивной способности воображения мыш-ление спонтанно и свободно создает свой собственный по­рядок. Тем самым мышление понимается им как логическая функция самодеятельности, как «самодеятельное объедине-ние многообразного» (там же, с 352), а условием свободного акта самодеятельности рассудка является трансценденталь­ное единство апперцепции, утверждение «Я мыслю», которое будучи первым актом самодеятельности мышления, Кант на-зывает интеллигенцией (умопостижением). Фихте еще более усиливает идеи спонтанной, свободной ак -тивности мышления, отстаивая принцип абсолютной автоно-мии воли, самоопределения и постигающего, и нравственно-го Я. Самодеятельность оказывается для него не только прин-ципом свободного порождения и самополагания из Я не-Я, т. е. всякой объективности, но и абсолютной ценностью в уче -нии о нравственности, поскольку его основной принцип -воля, которая трактуется как абсолютно свободная, автоном-ная и самозаконная. В конечном итоге обнаруживается, что и акт полагания Я, совпадающий с рефлексией, и акт проти -вополагания (не-Я) различаются лишь количественно, взаи-мосоотносятся и тождественны друг другу Самодеятельность теоретического мышления, коренящаяся в практическом ра-зуме, в его свободе, оказывается самодеятельностью ради са­модеятельности Трансценденталистская трактовка самодея-тельности нашла приложение в его педагогической концеп­ции.

В противовес абсолютизации самодеятельности, характерной для Фихте, в системах Шеллинга и Гегеля акцент делается не только на свободной самодеятельности субъекта, но и на суб-станциальном характере той объективности, которая им со­зидается и осмысляется. Так, по Гегелю, свободная воля -единство теоретического и практического духа, она себя мыслит и совпадает с Абсолютной идеей, которая, воплощаясь в объективном духе, достигает в своем саморазвертывании вершины — Абсолютного духа. Самодеятельность у Гегеля от-нюдь не совпадает с самопознанием, но включает такие ха­рактеристики, как самополагание, объективация, снятие объективации, рефлексия, понимание Причем самодеятель­ность рассматривается им как работа объективирующегося мышления, как усилия осознающей себя воли, как всеобщий труд человеческого духа.

В философии кон 19 в принцип самодеятельности мышле-ния являлся исходным в неокантианстве, особенно Марбур-гской школе, где делался акцент на генетико-конструктив-ном характере мышления, в неофихтеанстве Р. Эикена. В фи-лософии 20 в наряду с концепциями, отстаивавшими рецеп-тивность человеческого опыта, отождествлявшими бытие с данностью (неопозитивизм, неореализм, теория отражения), существовали концепции, делавшие акцент на социальной конструируемости и объекта, и содержания знания, превра­щавшие принцип деятельности и самодеятельности в парадигму философствования. Среди такого рода концепций -неогегельянство (в частности, философия Б. Кроче), актуа-лизм Д. Джентиле, различные варианты социологии знания (прежде всего программа Д. Блура), феноменологическая со­циология знания П. Бергера и Т. Лукмана, антропология на­уки К. Кнорр-Цетины, Б. Латура и др. Противостояние эм­пиризма с его отождествлением бытия с чувственно данным и радикального идеализма, отстаивающего принцип деятель­ности и самодеятельности в трактовке проблем и познания, и нравственного поступка, не преодолено и в настоящее вре­мя, хотя в кон 20 в доминируют концепции, исходный пункт которых составляет принцип самодеятельности. Этот прин­цип находит воплощение и в психологии, и в социальной пси­хологии, и в педагогике. Так, А. Маслоу, представитель т н гуманистической психологии, строя иерархию потребностей, среди духовных потребностей особо выделяет потребность в самовыражении через творчество. С. Л. Рубинштейн в статье «Принцип творческой самодеятельности» (1922), стремясь ос­мыслить философские основы современной психологии, под­черкивал: «Субъект в своих деяниях, в актах своей творчес­кой самодеятельности не только обнаруживается и проявля­ется он в них созидается и определяется. Поэтому тем, что он делает, можно определять то, что он есть направлением его деятельности можно определять и формировать его самого Одним и тем же актом творческой самодеятельности созда­вая и его (мир. — А. О.), и себя, личность создается и опре­деляется, лишь включаясь в ее объемлющее целое» (Рубин­штейн С. Л. Принцип творческой самодеятельности — «Воп­росы психологии», 1986, № 4, с. 106). В современной фило­софии образования, в частности в критико-эмансипаторском направлении (К. Мелленхауэр, В. Клафки, В Лемперт), само­деятельность предстает как один из важнейших принципов критики современного образования и построения нового, вне-Ш1статуциального образования. В педагогической антрополо­гии (Г Рот, О. Больнов и др) прющип самодеятельности вы­ражается в различных моментах — самореализации личнос­ти, ее автономии, направленности деятельности на субъекта образования и т. д. Самодеятельность, будучи объяснитель­ным принципом и парадигмой ряда областей гуманитарного знания, имеющих дело с творчеством, характеризует не только объектно ориентированную деятельность, но и деятельность субъектно ориентированную, включает акты самореализации и самоизменения, самокорректировки и самотрансформации, саморегуляции и самопреображения.