У Вэй


У ВЭЙ (кит., букв. — недеяние, отсутствие [целенаправлен­ной] деятельности) — термин китайской философии, в осо­бенности даосизма. Состоит из иероглифов «у» («отсутствие/ небытие», см. Ю — у), выполняющего роль оптативного от­рицания, и «вэй» («деяние, свершение, осуществление»), оз­начающего целенаправленный процесс деятельности по дос­тижению конкретного состояния. Согласно прямой дефини­ции «Мо-цзы» (гл. 40, определение 75), «вэй — это стремле­ние к желаемому (юй) на основе исчерпывающего знания (чжи чжи)». Даосы, провозгласив отказ от своевольного це-леполагания и высмеяв веру в исчерпывающее знание, выразили в отрицательном понятии «у вэй» принцип невмешатель­ства в естественный порядок вещей и ход событий ни с эти­ческих (конфуцианство, мо цзя), ни с прагматических (мо цзя, легизм) позиций. У вэй предполагает, однако, специфическую (органическую и спонтанную) активность в виде «осуществ­ления недеяния» (вэй у вэй), «занятия делом недеяния» (чу у вэй чжи ши), чему присуща универсальная результативность, ибо такова сущность «постоянно бездействующего (у вэй), но все осуществляющего дао» и таково воплощение дэ («Дао дэ цзин», 2, 3,10, 37,51,63, уточняющие определения даны так­же в гл. 36 «Гуань-цзы» и гл. 20 «Хань Фэй-цзы»). В «Чжуан-цзы» (гл. 7) у вэй, воплощающееся в самопроизвольном «пре­вращении вещей» (у хуа, см. У), приобрело мистическую ок­рашенность как способность подобного пустоте или зеркалу совершенного человека выходить за пределы естества и «по­беждать вещи» (шэн у), что стало теоретической основой для т. н. религиозного даосизма и производной от него «алхимии». В противоположность этой тенденции в синтезировавшем да­осизм с другими философскими учениями трактате «Хуайнань-цзы» у вэй рационализировано как «следование вещам» (инь у) и «совершение дел в соответствии с принципами» (сюнь ли эр цзюй ши, см. Ли-принцип). Данную позицию укрепил Ван Чун, отождествивший у вэй с «небесной (природной)» (тянь) «естественностью» (цзы-жань), благодаря которой «вещи са­моосуществляются» (у цзы вэй) («Лунь хэн», гл. 54). Конфу­цианство также признавало принцип «недеяния», но распро­страняло его лишь на личность императора, который должен быть восприимчиво-пассивным проводником общекосмичес­ких импульсов в социальную сферу («Лунь юй», XV, 4). Со­гласно конфуцианству, из круга деятельности «благородного мужа» (цзюнь цзы) исключались «малые пути (дао)» (там же, XIX, 4) и она существенно ограничивалась в экстремальных ситуациях — траура или отсутствия дао в государстве (там же, XVII, 21, VIII, 13).




 

Поиск по сайту