Эвристика


ЭВРИСТИКА (от греч. evrico — открываю, отыскиваю) — методология научного исследования, а также методика обу­чения, основанная на открытии или догадке. Изучение эв­ристических методов обнаруживает определенное сходство исследовательских процедур и деятельности, по крайней мере в той их части, которая связана с творческим обобщением на­личного материала и выдвижением гипотез. Эвристика как метод обучения восходит к приемам, приписываемым Сокра­ту и известным как «сократическая беседа». Под последней подразумевается диалог, в котором один из собеседников под­талкивает других к новым для них (или для всех участников беседы) выводам. Учение об эвристике — составная часть наукоучения Б. Больцано, который трактует эвристику как уче­ние о путях развития мысли. Своеобразное применение со­кратических методов нашел английский педагог нач. 20 в. Г. Е. Армстронг. Он построил курс обучения естествознанию как последовательность исследовательских проблем, решение каждой из которых доступно ученикам. Детальное изучение эвристических приемов в математике было предпринято Д. Пойа, который выделил два взаимодополня­ющих элемента математического исследования — удачную догадку и универсальный метод. Пойа показал, что решение всякой математической задачи сосредоточено вокруг одного ключевого момента — озарения, наступающего подчас после долгих бесплодных размышлений. Он выделил ряд характе­ристик этого момента — внезапность, изменение привычно­го взгляда, уверенность в правильности. Внезапность состоит в непредсказуемости происходящего события. Открытие, стро­го говоря, ничем не гарантировано, и его нельзя планиро­вать. Изменение привычного взгляда означает переосмыс­ление условий задачи, которые из бессвязного набора от­дельных фактов превращаются в завершенное и логично устроенное целое. Именно эта связность обусловливает уве­ренность в правильности, поскольку сообщает особую ясность видению решения. Случайный и непредсказуемый характер догадки в решении задачи делает, по мнению Пойа, утопией проекты Декарта и Лейбница, которые ставили своей целью разработку универсального метода решения любых задач и исследовательских проблем. Вместе с тем можно разработать методические приемы, способствующие открытию. Их исполь­зование хотя и не гарантирует удачной догадки, однако по­вышает шанс прийти к ней. Именно так Пойа рассматривает «Правила для руководства ума» и «Рассуждение о методе» Де­карта.

То, что Пойа обнаруживает в математике, присутствует в лю­бой исследовательской деятельности. Проще всего увидеть момент эвристики в выдвижении объясняющих гипотез. Каж­дая из них, если она удачна, есть новое решение научной. Гипотеза никогда не может быть простым обобщением на­блюдаемых фактов — она включает нечто иное, не содержа­щееся в них. Известные факты должны быть получены из нее в качестве логических следствий. Объяснительная сила гипотезы обнаруживается при появлении новых фактов, не известных в момент ее выдвижения. Если гипотеза верна, то эти факты также должны быть превращены в ее логические следствия. Важна, однако, способность гипотезы не только объяснять факты, но и служить основанием для прогнозов. Такая модель отношений между эмпирическими данными на­учной теории в целом укладывается в предложенную Поппером схему фальсификации научных гипотез. Смысл фальси­фикации состоит в сопоставлении наблюдаемого факта и про­гноза, делаемого на основании имеющейся гипотезы. Про­гноз выводится из гипотезы с помощью строгих логических процедур. Поэтому несовпадение прогноза и наблюдения при­водит к необходимости отверпгугь гипотезу на основании пра­вила modus tollens. Роль эвристических приемов в формиро­вании научно-исследовательских программ изучал также Ла-катос, который счел попперовскую модель неверной (или не­достаточной) сразу в двух пунктах. Первое замечание Лакатоса состояло в том, что правило modus tollens используется дале­ко не всегда: к «жесткому ядру» (т. е. основным гипотезам ис­следовательской программы) оно применимо только в исклю­чительных случаях. Все несовпадения фактов с прогнозами рассматриваются в основном как аномалии (или контрпри­меры), которые должны быть объяснены именно в рамках имеющейся гипотезы. Такое объяснение представляет собой защиту наиболее существенных положений исследовательс­кой программы и осуществляется путем выдвижения допол­нительных гипотез, не противоречащих основной. При этом работают именно те эвристические приемы, которые рассмат­ривал Поппер: дополнительная гипотеза выступает как обоб­щающая догадка для эмпирических фактов. Такую деятель­ность Лакатос назвал «отрицательной эвристикой», указав, однако (и в этом состоит второе возражение Попперу), что развитие научных теорий ей не ограничивается. Согласно Лакатосу, появление новых теоретических открытий далеко не всегда связано с необходимостью объяснять эмпирические факты. Происходит совершенствование теории, диктуемое со­вершенно иными потребностями, напр., достижения макси­мальной общности или устранения принятых ранее модель­ных упрощений. Описанное развитие научной теории Лака­тос называет «положительной эвристикой». Структура эвристических приемов Пойа весьма близка к «от­рицательной эвристике» Лакатоса. Догадка, которая возни­кает при решении задачи, есть принцип, позволяющий объе­динить в связное целое различные условия, подобно тому как гипотеза сводит в одну теорию различные эмпирические фак­ты. Однако эвристику, появление новых подходов и теорий едва лл можно рассматривать во всех случаях как приведение к единству заранее поставленных условий. Лит.: Лакатос И. Фальсификация и методология научно-исследова­тельских программ. М., 1995; Пойа Д. Математическое открытие. М., 1970; Поппер К. Р. Логика и рост научного знания. М., 1983.




 

Поиск по сайту