Гаос Хосе


ГAOC (Gaos) Xoce (26 декабря 1900, Тихон —1969, ко)—испанский философ, последователь идей ЛГ. Ь и-Гассета. Ректор Мадридского yHHBepoHTeta ( В 1939 эмигрировал в Мексику, ставшую для него родиной. Основные работы: «Философия философии история философии», «Две идей философии», «Испано риканская мысль», «Мексиканская философия наших дней». Главный предмет исследования— природно -философского знания, соотношение универсализма филосо как вида умственной деятельности и порождение ее опрей деленными обстоятельствами. Опираясь на идеи «перспективизма» Ортеги, утверждал, что природа мировой сущности такова, что всегда предстает перед человеком в неделенной «перспективе», зависящей от его точки видения иира. Рассматривая реальность мира как совокупность множества реальностей-«перспёктив», признавал право­мерность каждого мировидения и, следовательно, право­мерность стольких философских истин, сколько существу­ет философствующих субъектов. Философская истина по­нимается им как личная истина философа, размышляю­щего о мире в определенных обстоятельствах. Каждая философия для Гаоса есть автобиография ее создателя, его «личная исповедь». Так утверждалось многоголосие фило­софии, но терялся смьгсл понятия объективной истины. Эти идем Гаоса воспринимались в Мексике как утвержде­ние права на самостоятельное осмысление проблем нацио­нального бытия и способствовали усилению интереса мек­сиканских философов к оригинальности своей философии как самостоятельного способа освоения латиноамерикан­ского исторического опыта, подчеркивалось избирательное отношение мексиканских мыслителей к идеям европей­ской философии и адаптация последних к особенностям местной культуры.



Гармония сфер


ГАРМОНИЯ СФЕР, музыка сфер—античное учение о музыкальном звучании планет (в т. ч. Солнца и Луны и планетных «сфер») в рамках геоцентрических представ­лений Евдокса, Птолемея и др. (астрономия до Евдокса не знала сфер, ПлатОн говорит о «кругах», Аристотель—про­сто о звучании «светил»)' и — шире—о музыкально-мате­матическом устройстве космоса, характерное для пифаго­рейской и платонической традиции. В латинских, в т. ч. средневековых, текстах употребляется также термин harmonda (musica) caeli (mundi) — «гармония (музыка) неба (или мира)».

В древнегреческую философию учение о гармонии сфер было введено Пифагором, но впервые засвидетельствовано для «пифагорейцев» (5 в. до н. э.) Аристотелем («О небе» II 9, 290b 12слл), где оно подвергнуто критике, косвенно направленной против Платона (ср. также «Метафизика» 982 b 32: пифагорейцы считали всю Вселенную «гармонией и числом»-). В изложении Аристотеля «скорости (светил), измеренные по расстояниям, относятся между собой так же, как тоны, консонирующйх интервалов», и поэтому «звучание, издаваемое светилами при движении по кругу, образует гармонию» (т. с. звукоряд в одну октаву: в пифа-горейеком употреблении сам термин йрцоМа означал ок­таву). Согласно Александру Афродиеийскому, высота тона пропорциональна скорости светила; по Цицерону (De re publica 6, 18), самый высокий тон астральной гаммы при­надлежит сфере неподвижных звезд, самый низкий— Луне. Адаптация гармонии сфер в эсхатологическом мифе об Эре в 10-й книге «Государства» Платона (617 Ъ, ср. также 530 d и «Кратил» 405с) предопределила долгую жизнь, идеи гармонии сфер и ее необычайный успех на исходе античности и в Средние века. Согласно гипотезе Д. Бернета —В. Кранца, в древнейшем варианте (у самого Пифагора) речь шла только о трех сферах—звезд (включая планеты), Луны и Солнца, соот­носившихся с тремя интервалами: квартой (3: 4), квинтой (2:3) и октавой (1: 2), тем самым вся музыкально-математическая сущность космоса сполна выражалась тетракти--: дой. В древнем пифагореизме гармония сфер служила «доказательством» сокровенной числовой природы мира и имела глубокий этический, эстетический и эсхатблотический смысл, поскольку «душа» тоже мыслилась как «гар­мония», изоморфная гармонии космоса, земная лира была точным «отображением» небесной, игра на ней —приоб­щением к гармонии Вселенной и приготовлением к воз­вращению на астральную прародину; музыка производила в душе катарсис и являлась медициной духа (согласно пифагорейскому преданию, непосредственно слышать гар­монию сфер мог только Пифагор, остальные не различают ее «занеимением контрастирующей с ней тишины»). Гармония сфер входила в более широкий круг концепций «космической музыки», не обязательно связанной с астро­номией. От нее следует отличать корреляцию четырех то­нов тетрахорда (четырехструнной лиры) и четырёх элемент шов (Боэций, «О музыке» 1, 20) или «пифагорейскую» теорию музыки времен года в изложении Аристида Квин-тилиана (III 19 р. 119, 15 W.-I.): весна образует кварту по отношению к осени, квинту по отношению к зиме, октаву по отношению к лету и т. д. Сходные концепции засвиде­тельствованы для древневосточных традиций, в частности «халдейской» (Plut., De an. ргосг. 31), египетской (Diod. I, 16, 1) и особенно китайской (ср., напр., соответствие пяти нот китайской гаммы «пяти элементам» и временам года). Благодаря оживлению идеи гармонии сфер в неопифагореизме и неоплатонизме и гл. о. через посредство Августина, Макробия и Боэция пифагорейско-платоновское космоло­гическое понимание музыки подчинило себе всю средневековую и западноевропейскую музыкальную эстетику. Параллельно — благодаря включению гармонии сфер в систему Птолемея — идея музыки сфер продолжала жить в астрономии и астрологической традиции вплоть до Но­вого времени («Гармония мира» Кеплера, 1619, и др.). Представление о гармонии сфер имели успех у поэтов всех веков —от Скифина Теосского до Шекспира («Венециан-1 ский купец» V, 1), Гёте (Пролог к «Фаусту»), романтиков и «звездного хора» А. А. Блока.



Ганс Эдуард


ГАНС (Gans) Эдуард (22 марта 1798, Берлин -5 мая Берлин) — немецкий философ, юриод, ученик и дователь Гегеля. Профессор Берлинского университей (с 1825), один из издателей первого собраний сочинений Гегеля (посмертного). Исследовал историю государства и права. Ранее других гегельянцев истолковал философской исторические взгляды Гегеля в сторону большем радикаЙ лизма, привнес в немецкую философскую атмосферу некомГ торые идеи французской исторической школы (Гизо, Мишле) и зггопичеекого социализма («сенсимонизм, ассоциации» Ш. Фурье).



Ганди


ГАНДИ (Gandhi) Мохандас Карамчанд (прозвище Махат­ма, букв.—«Великая душа») (2 октября 1869, Порбандр, штат Гуджарат, Индия — 30 января 1948, Дели)—индий­ский мыслитель, выдающийся общественно-политический деятель 20 в.

Родился в семье из торговой касты банья. Отец занимал высокие государственные посты. За решение учиться за границей (в Англии) Ганди был осужден общиной и объяв­лен вне касты. После получения диплома адвоката в 1893 занялся юридической практикой в Южной Африке и здесь же впервые организовал сатьяграху (букв.—упорст­во в истине)—кампанию гражданского неповиновения в знак протеста против британского расизма. Сатьяграха 4908—14 оказалась весьма успешной и привлекла внима­ние мировой общественности. Ганди поддержали Л. Тол­стой, Б. Шоу, А. Эйнштейн, Б. Рассел, Р. Роллан. По воз­вращении в Индию в 1915 широко развернул кампанию гражданского неповиновения, которая в 1920 получила признание в качестве общенационального метода индий­ского национально-освободительного движения. Принцип ненасилия последовательно отстаивался Ганди на протяжении всей его жизни как на практике, так ив теоретических построениях, касающихся будущего не­зависимой Индии и мировой цивилизации в целом. Ре­шающую роль в формировании мировоззрения Ганди (по его собственному признанию) сыграла религиозная фило­софия индуизма (более всего «Бхагавадгита») и джайнизма (в особенности принцип ахимеы), а также взгляды Г. Торо, Л. Толстого и Дж. Раскина. Ганди реформаторски переос­мыслил ряд фундаментальных положений индийской ду­ховной традиции: понимание Бога как Истины, мокши (освобождение от цепи перерождений) как свараджа (не­насильственной демократии), тапаса (букв.—жар, аскети­ческая истовость) как эксперимента с коллективными формами аскезы на специальных фермах-колониях, аш­рама как места коллективного совершенствования во имя преобразования земной жизни и т. д. В освобождении от колониального гнета Ганди видел пер­вый Шаг к построению «ненасильственной цивилизации». Он считал современную западную цивилизацию воплощением зла: ненавидел машинное производство, шающее традиционные промыслы и органически присущую человеку связь с природой. Ненасильственная цивилизация мыслилась им на принципах сознательнее и добровольного самоограничения. В области экономии она должна была опираться на деревню и кустарные промыслы, на децентрализованное и преимущественно кооперативное производство, на уничтожение эксплуатации посредством введения института «опеки». Политическая организация общества предполагала в качестве идеала «конфедерацию свободных и добровольно взаимодействующих деревень», самоуправляемых посредством пан-чаятов — своеобразных сельских советов, «непосредствен­ную демократию», признающую в качестве единственного избирательного ценза, помимо возрастного, трудовой; и не ключение кастовой и религиозной дискриминации. Гана» решительно выступал против империализма и военной агрессии.

Хотя Ганди своим внешним: обличьем, использование» терминов, понятий, символов постоянно демонстрировал связь с индийской культурой, он не уставал насаивать «а единстве человечества в объединяющем его поиске Исти­ны-Бога. Несмотря на утопичность и даже консервативность ряда положений гандиетского учения, оно оказало огромное позитивное влияние на мировбё общественное сознание, особенно в движениях протирасизма и милитаризма.



Гангеша


ГАНГЕША (санскр. Gangesa) (ок. последней четверти 12—13 в.) —основатель индийской логической школы в-вья-яьяя. Известен так же, как Гангешвара Упадхьяя (ро­довое имя). Родился в брахманской семье в деревне Кари-рн недалеко от Дарбхащи,—столицы провинции Тиртхут, в Митхиле. В его полулегендарной биографии сообщается, что в юности он был неграмотным, но богиня .Кали наде­лила его глубокими познаниями в области логики. Его сын Вардхаманопадьяя также стал выдающимся логиком, а Митхила в течение 250 лет после смерти Гангеши остава­лась центром навья-ньда. Главное сочинение—г «Таттва-чинтамани» («Исдолнякнций желания драгоценный х& мень категорий»), некоторые исследователи приписывают емутакжесочинение «Лакщана.^манджари»:(«Бутон цветка определений»), но вполне вероятно, что оно является частью первой работы.

В «Тат-гва-чинтаманн» представлены эпистемология и ло­гика шкоды навьчгньяи. Работа состоит из четырех частей, каждая из которых, посвящена рассмотрению одного из признаваемых в школах ;ньяи источников, достоверного знания: 1) восприятия, 2) вьгеода, 3) сравнения и 4) слот весного свидетельства, авторитета. В первой части даются определения достоверного идедостоверного знания,, рас­сматриваются два вида чувственного знания (обычное, по­лучаемое посредством органов чувств — шестивидное, и необычное, получаемое, сверхчувственным образом-it трехвидвре: восприятие общего, опосредованное восприя­тие и восприятий через медитацию). Здесь же разъясняется Механизм получения различных видов чувственного зна­ния и учение об атомарном строении сознания, участвуют щегр в производстве, знания. Во второй части речь .идет оразличиях чувственного и вывода огр знания к критиче­ски анализируя; пять определений неразрывной связи между средним и большим терминами силлогизма, а также «тигровое», и «львиное», а затем еще двенадцать определе­ний той же связи, которые давались предшественниками навья-ньяи.,,Гангеша, показывает ошибочность их всех и взамен предлагает свое, соответствующее разработанной им новаторской! концепции вывода. Кроме. того, в этой части рассматривается структура вдаода, его разновид­ности и логические ощибки. Логическую часть «Таттваг чинтамани» отличают более строгие, чем у предшествен­ников, определения логических терминов и убежденность в том, что логику можно использовать для доказательства бытия Бога. В третьей части доказывается, что сравнение не похож! на выведение; в четвертой—рассматривается язык как носитель Достоверной информации, роль опреде­лений в процессе познания, различные способы представ­ления информации через структуру слов и обосновывается отличие словесного свидетельства от сравнения и вывода.



Гамильтон


ГАМИЛЬТОН (Hamilton) Уильям (8 марта 1788, Глаз­го-6 мая 1856, Эдинбург) — шотландский философ. Проп фессор гражданской истории Эдинбургского университета (с 1821)- в 1836 занял кафедру логики и метафизики. Га­мильтон сочетал принципы философий здравого смысла Шотландской школы с кантианством. Обосновывал веру в «непознаваемого Бога» как внутреннее требование мора­ли. Автор обширных комментариев к собранию сочинений Т. Рида. Им написаны журнальные статьи, опубликован­ные затем в сборнике «Дискуссии о философии, датдетут ре, образовании и университетской реформе» (Discussions on Philosophy/ and Literature, Education and University Reform, ,1852). Свою философскуюс концепцию называл «естественным реализмом». В статье «философия восприя­тия» отстаивал идею непосредственности восприятия энешних объектов (не-Я) непосредственной данности души (Я) в самрпознании. В то же время Гамильтон дока­зывал, чтолюбое познание имеет относительный характер, т. к, нам даны лишь феномены, а также потому, что в про­цессе познания устанавливается отношение познающего и познаваемого, и мышление накладывает на объект ап­риорные концептуальные ограничения. К традиционному для британского эмпиризма делению на первичные и дтрг ричные качества он добавил т.н. вторично-первичные (субъективно-объективные) качества, возникающие в ре­зультате отношения одних тел к другим. В статье «Филосо­фия безусловного» подверг критике взгляды В. кузена, от­стаивавшего возможность рационального постижения бес­конечного и абсолютного. Согласно Гамильтону, мышле­ние носит исключительно обусловленный, характер. Этот подход получил развитие в богословских работах его учет ника Г. Л. Мэнселя. В своей логической концепции Гами­льтон первым выдвинул идею квантификации предиката суждения, однако не понял значения этого открытия для коренного преобразования логики» Философия Гамильто­на потеряла влияние после критики ее с позитивистских позиций Дж. С. Миллем.



Гаман


ГAMАН (Hamann) Иоганн Георг (27 августа 1730, Ке-нинсберг —21 июня 1788, Мюнстер) — немецкий филолог, философ, мистик. Зарабатывал на жизнь, служа в акциз­ном, управлении таможни. Называл себя «северным ма­гом», резко выступал против рационализма и идеалов Про­свещения. Главный труд — «Крестовые походы филолога» (Kreuzziige. des Philologen, 1762). Борясь с рассудочным методом мышления, Гаман противопоставлял ему учение о «непосредственном знании», получаемом с помощью мистической интуиции. Отсюда культ гения и поэзии — «родного языка человечества», а также утверждение о том, что подлинное художественное творчество является про­цессом подсознательным. Критиковал Канта в работе «Me» такритика пуризма разума» (Metakritik uber den Purismum der Vernunft, 1784, изд. 1830). В автобиографии «Мысли о ходе моей жизни» (1758) содержатся мистические раз­мышления о Библии, в частности о книге Екклезиаста. Развивал идеи интуитивистской диалектики (учение о со­впадении противоположностей—coincidentia oppositorum). Оказал влияние на представителей движения «Буря и на­тиск», а также на Гердера, Еёте, Фихте, Шеллинга, Гегеля иКьеркегора.



Галич


ГАЛИЧ (наст. фам. Говоров, в семинарии Никифоров) Александр Иванович (4 (15) июля 1783, Трубчевск Ор­ловской губ.—9 (21) сентября 1848, Царское Село]-рус-екий философ, психолог, эстетик. Сын дьячка. Окончив Севскую духовную семинарию (1803), направлен в Петер­бургскую учительскую семинарию (с 1804 Педагогический институт). В 1808 Отправлен для учебы в Германию, где увлекся философией Шеллинга. В 1813 защитил диссерта'- -цию на кафедре философии Педагогического института (тема неизвестна); в 1813—21 читал курс философии в Педагогическом институте и основанном на его базе Петербургском университете; С 1817 экстраординарный профес­сор. Одновременно (1814—15) преподавал русскую и ганскую словесность в Царскосельском лицее. В 1818-19 издал «Историю философских систем» в 2 т., составленную , на основании немецких руководств и включавшую pats, смотрение философии Шеллинга. Ко 2-й книге приложен «Опыт философского словаря» —один из первых русских филосОфских-еправочников. Изложению философии Ше линга посвящена также изданная в 1829 книга «Черты умозрительной философий..;» В 1821 отставлен от преподавания во время ревизии университета Д. П. Руничем, обвинен в «безбожии» и «революционных замыслах» за то, что в своей книге излагал учения философов, но не опро­вергал их. В 1825 отставлен от профессуры и в 1837 окончательно уволен. Служил переводчиком (с: 1838) и начальником архива Провиантского ведомства (с 1839). Подготовив две книги—«Философий истории человечества» и «Наука общих прав», рукописи которых сгорели во время пожара: Начал составлять «Лекеикон философских предметов», но успел довести его только до буквы «В» (в. 1,1845). Эстети­ку разрабатывал в русле романтизма, понимая ее как нау$ изящного («Опыт науки изящного», 1825). Прекрасное («изящное») рассматривал как единство истинного, доброго и приятного. Оно суть воплощение божественного начала и имеет цель в самом себе. Дал классификацию видо»? искусств и литературных жанров. В книге «Картина человека. Опыт наставительного чтения о предметах самопо­знания для всех образованных сословий» (1834) предложил самостоятельную антропологическую концепцию, в «ентре которой идея единства духовного и телесного, мышления.



Галилей


ГАЛИЛЕЙ (Galilei) Галилео (15 февраля 1564, Пиза-8 января 1642, Арчетри, близ Флоренции)-итальянский ученый и мыслитель, один из создателей науки Нового времени, чьи исследования в области физики, механики и астрономии характеризуются кардинально новым подхо­дом и результатами, положившими начало современному взгляду на природу. Его методологичесше установки ока­зали решающее воздействие на последующих ученых и в первую очередь на И. Ньютона. Юношей он привел в ужас своего отца, когда отданный в иезуитскую школу монастыря Валломброзо (неподалеку от Флоренции, куда переехала его семья в 1574), внезапно объявил (1578), что собирается стать монахом. Впоследствии Галилей достаточно нейтрально относился к рели­гии, и церковь производила на него впечатление только как институт пропаганды. Но в те ранние годы отцу при­шлось, немедленно забрать его из монастыря и до поступ­ления в Пизанский университет в 1581 Галилей обучался дома. Один из учителей Галилея, Остилио Риччн, поддер­жал юношу в увлечении математикой и физикой, что сказалось на дальнейшей судьбе ученого. В 1585, формально не закончив университета, Галилей возвращается во Флоренцию, продолжая увлеченно зани­маться наукой, и спустя некоторое время приобретает из­вестность в кругу любителей естествознания. В 1586 он заканчивает трактат «Маленькие весы», в котором (следуя Архимеду) оцрсьщет изобретенный им прибор для гидво: статического взвешивания, а в следующейработе, так же носящей следы влияния Архимеда, дает ряд теорем от­носительно центра тяжести параболоидов вращения. Реак­ция научной среды на эти работы — Флорентийская акаде­мия избирает его арбитром в споре о том, как е математи­ческой точки зрения должна интерпретироваться тополи фия Дантова ада (1588). В это же время он получает (благодаря содействию своего друга маркиза Гвидобальдо дель Монте) почетную, но скудно оплачиваемую должность профессора математики Пизанского университета. В Пизе ученого занимают гл. о. проблемы механики, он пишет трактат о движении (1590), характеризующийся явной антиаристртелевской направленностью,—Галилей считает, что тела различного веса должны падать с одинаковой скоростью, но вместе с тем его подход к задачам остается во многом в рамках позднесхоластической физики. Смерть отца в 1591 и крайняя стесненность материального положения заставляет Галилея искать новое место работы. В 1592 он получает кафедру математики в Падуе (во владе­ниях Венецианской республики). Восемнадцать лет, про­веденных им в Падуе, оказались временем творческого подъема и счастливой порой в его личной жизни. Откры­тие квадратичной зависимости пути падения от времени, установление параболической траектории движения сна­ряда, астрономические наблюдения с помощью телескопа и множество других достижений-все это было сделано в период его жизни в Венецианской республике. Галилей отложил публикацию главных своих открытий в науке (то, что сегодня историки называют «падуанской механикой») на 20 лет, но именно Падуя и Венеция дали главные импульсы его творчеству.

Как стало известно в последнее время (С. Дрейк, 1973— 75), Галилей в 1608—09 провел серию экспериментов по падению тел, скатывающихся с наклонной плоскости, с помощью которых доказал справедливость квадратич­ного закона падения, принципа инерции, а также то, что тело, брошенное горизонтально, падает по параболе. Мно­гочисленные упоминания в литературе о производстве Га­лилеем опыта по падению шаров с Пизанской башни не имеют документального подтверждения. В 1609 Галилей, будучи в Венеции, узнал об открытии телескопа и сразу же попытался изготовить такой инст­румент. Ему удалось поначалу подучить лишь трехкратное приближение, но вскоре он сконструировал телескоп с тридцатикратным приближением, увеличивающий в 1000 раз, Галилей стал первым человеком, направившим телескоп, на небо; увиденное там означало подлинную революцию в представлении о космосе: Луна оказалась покрытой горами и впадинами (ранее поверхность Луны считалась гладкой), Млечный Путь—состоящим из звезд (по Аристотелю - это огненное испарение наподобие хвоста комет), Юпитер—окруженным четырьмя спутни­ками (их вращение вокруг Юпитера было очевидной ана­логией вращению планет вокруг Солнца). Позднее Галилей добавил к этим наблюдениям открытие фаз Венеры и пятен на Солнце. Результаты он опубликовал в книге, которая вышла в 1610 под названием «Звездный вестник», Книга принесла Галилею европейскую славу. На нее новое торженно откликнулся И. Кеплер и др. представители вы­сокопоставленной аудитории: монархи и высшее духовен­ство проявили большой интерес к открытиям Галилея, С их помощью он получил новую, более почетную и обес­печенную должность—пост придворного математика ве­ликого герцога Тосканского (поэтому он и назвал открыв аде им спутники Медицейскими звездами—по имени Ко-зимо II Медичи, правителя Тосканы). В 1613 он публикует сочинение о солнечных пятнах, в котором впервые вполне определенно высказывается в пользу теории Коперника. Утверждения, содержащиеся в этой книге, его предыдущие астрономические открытия, а также критическое отношение к освященной церковью аристотелевской традиции вызывают сильную оппозицию в церковных и университетских кругах, которая грозит обернуться тяжелыми для него последствиями. Централь­ным пунктом возникшей полемики стал вопрос о том, как сочетать факты, доказанные наукой, с противоречащими им местами из Священного Писания. Галилей считал, что в таких случаях библейский рассказ надо понимать ал­легорически.

Церковь обрушивается на теорию Коперника, великая книга которого «О вращении небесных сфер» спустя более чем полвека после выхода в свет оказывается в списке запрещенных изданий. Декрет об этом появляется в марте 1616, а месяцем раньше главный теолог Ватикана кардинал Белщрмин предлагает Галилею в дальнейшем не выступать в защиту коперниканства. Через некоторое время проис­ходят события, которые дают Галилею надежду. В 1623 Римским папой под именем Урбана VHI становится друг юности и покровитель Галилея Маффев Барберини. Тогда же ученый публикует свою новую работу—«Пробирных дел мастер», где рассматривается природа физической ре­альности и методы ее изучения. Именно здесь появляется знаменитое изречение: «Книга Природы написана языком математики», Галилей посвящает книгу новому папе, итот с благодарностью принимает посвящение, Галилей пыта­ется смягчить враждебность церкви по отношению к уче­нию Коперника. В результате папа соглашается лишь на то, чтобы Галилей написал книгу, в которой будут беспри­страстно рассмотрены две системы мира—птолемеева и коперникова.

Над своей главной книгой—«Диалог о двух системах мира, Птолемеевой и Коперниковой»—Галилей работал около б лет и закончил ее 8 начале 1630. Два года прошли в ожи­дании всевозможных одобрений и разрешений со стороны властей. Наконец, в 1632 она была опубликована во Фло­ренции. Для космологического трактата это была довольно необычная книга. Во-первых, она была написана на утон­ченном итальянском (а не по-латыни) и уже этим подчер­кивалось, что она предназначена для широкой аудитории, а не только для астрономов. Во-вторых, в ней рассмат­ривались не столько кинематические конструкции Птоле­мея, сколько основные положения физики Аристотеля. Знаменитая двойственность аристотелевской физики под­вергалась сокрушительной критике и устанавливалось единство физических законов для всего мироздания (будь то Земля или надлунные сферы). В процессе обсуждения различных точек зрения на возможность суточного и годового вращения Земли Галилей вводит в научный оборот ряд фундаментальных физических законов, бшмшя часть которых были им уже давно открыта: закон инерции, принцип независимости движений, принцип относительности движения, изохронизм маятника, квадратичная за­висимость пути падения от времени. Галилеевский «Диалог» был восторженна принят интел­лектуальной Европой, но он же послужил поводом для трагических событий, закончившихся процессом и осуж­дением ученого. В 1633 суд инквизиции приговорил Га­лилея к пожизненному заключению (которое было заме­нено домашним арестом), последние годы жизни он про­вел безвыездно в своем имении Арчетри близ Флоренции. Обстоятельства дела до сих пор остаются неясными. Гали­лей был обвинен не просто в защите теории Коперника (такОе обвинение юридически несостоятельно, поскольку книга прошла капскую цензуру), а в том, что нарушил ранее данный ему запрет «ни в каком виде не обсуждать» эту теорию.

Существует легенда, что Галилей, прочитав на суде пред­писанную форму отречения и встав с колен, произнес знаменитую фразу: «А все-таки она вертится!», хотя в дей­ствительности он этого не говорил. Вся последующая дея­тельность Галилея указывает на то, что он ни в коей мере не изменил своим прежним взглядам. В 1638 он опублико­вал в' Голландии, в издательстве Эльзевиров, свою новую книгу «Беседы и математические доказательства», где в бо­лее математизированной и академической форме изложил свои мысли относительно законов механики, причем диа­пазон рассматриваемых проблем очень широк — от статики и сопротивления материалов до законов движения маятни­ка и законов падения. По сути книга — не менее революци­онна, чем «Диалог», но теологи ее не осудили, потому что не поняли. До самой смерти Галилей не прекращал актив­ной творческой деятельности: пытался использовать маят­ник в качестве основного элемента механизма часов (вслед за ним, это вскоре осуществил X. Гюйгенс), за несколько месяцев до того, как полностью ослеп, открыл вибрацию Луны и уже совершенно слепой, диктовал последние мыс­ли относительно теории удара своим ученикам — Винчен-цо Вивиани и Эванджелиста Торричелли. Помимо своих великих открытий в астрономии и физике, Галилей вошел в историю как создатель современного метода экспериментирования. Его идея состояла в том, что для изучения конкретного явления мы должны создать некий идеальный Мир (он называл его «al mondo di carta» — «мир на бумаге»), в котором это явление было бы предель­но освобождено от посторонних влияний. Этот идеальный мир и является в дальнейшем объектом математического описания, а его выводы сверяются с результатами экспери­мента, «котором условия максимально приближены к иде­альным.

Часто указывают на платонизм Галилея, который, в част­ности, находит свое выражение в его «одержимости окруж­ностями» (выражение Э. Панофского). Действительно, Га­лилей не принимал законов Кеплера и продолжал считать, что планеты движутся вокруг Солнца по круговым ор­битам. Это его заблуждение связано со своеобразным спо­собом освобождения от двойственности законов аристоте­левской физики: Галилей полагал, что всякое движение по инерции является круговым, а прямая есть всего лишь дуга большого радиуса; так он пытался объяснить движение планет вокруг Солнца, считая действие на расстоянии «оккультным качеством» и отказываясь его рассматривать в качестве основы для динамического объяснения. С дру­гой стороны, в отличие от Платона, для Галилея мир ощущений—это и есть подлинная реальность (который тем не менее допускает идеализацию): «наши рассуждения должны быть направлены «а мир ощущений (at mondo sensibile), а не на мир на бумаге», —говорил он в «Диалоге».



Гален


ГАЛЕН (ГсЛлуос,) из Пергама (129—ок. 210) греческий ученый, врач и философ, в своих сочинениях давший синтетическое изложение всей античной медицины.
С 169 жил и работал в Риме при дворе императоров Марка Аврелия и Луция Вера. Сохранился значительный корпус текстов Галена, включающий работы по практической ме­дицине (диагностике, диететике, анатомии и др.), подроб­ные комментарии на книги Гиппократовского корпуса и труды по прикладной философии («О мнениях Гиппо­крата и Платона», комментарий на «Тимея», «О том, что лучший врач в то же» время ^-философ»; «О наилучшем учении»). Комментарии Галена на Гиппократа завершают богатую экзегетическую традицию, у истоков которой стоял Герофил Александрийский (ок. 300 до н. э.). Т. к. тексты этой традиции практически полностью утрачены (кроме одного небольшого комментария Аполлона из Ки­тая и толкового словаря Эроциана), Гален оказывается главным источником сведений о медицинских коммента­риях своих предшественников. Из трактата «О своих соб­ственных сочинениях» известно, что всего им было состав­лено 17 комментариев на Гиппократа (сохранилось 11). Гален получил хорошее гуманитарное образование, изучал грамматику, диалектику, философию, а также геометрию и арифметику. В Смирне слушал платоника Альбина, а ра­нее в Пергаме—некоего «ученика Гая», учился также у фи­лософа-перипатетика «ученика Аспасия»,—так сформиро­вался платонико-перипатетический каркас его философ­ских взглядов. Философией он интересовался постольку, поскольку эти знания могли быть ему полезны как врачу— и в центре его внимания оказывается логика и психология. Дискуссии между различными медицинскими эллинисти­ческими школами (эмпириками; методистами, рациона­листами) во многом были философскими по содержанию и касались таких вопросов, как природа знания и способы его достижения, соотношение теории и врачебной прак­тики, структура причинно-следственного объяснения. В трактате «О том, что лучший врач в то же время— философ» Гален говорит, что знание родов и видов бо­лезней связано с изучением логики, которой врачи обычно пренебрегают (vol. I, p. 54.6*-10 Kflhn). Мысль о пользе философии для врача высказана и в «Протрептике». О серьезности логических занятий Галена говорит сохра­нившееся «Введение в диалектику» (лат. bistitutio logica) (аутентичность его оспаривалась Прантлем), а также на­звания утерянных сочинений по логике, в т. ч. трактаты по теории силлогизма (De libris propriis, vol. 19, p. 43.9-45.10 Kuhn); 4-я фигура силлогизма, названная именем Галена, восходит к Теофрасту и Евдему. В целом в логике Гален следовал Аристотелю и Теофрасту, что было ха-рактернодля современных ему философов-платоников (ср. Алкиной, Апулей); стоическую логику он критиковал, хотя и принимал учение Посидония об аналогическом сил­логизме.

«О мнениях Гиппократа и Платона» (лат. еокр; De placitis), в 9 кн.—основное философское сочинение Гаяена, над которым он работал более 10 лет (между J62: и 176). Гален попытался показать согласие во взглядах Платона и Гип­пократа по ряду проблем, касающихся «физики» живого организма. В кн. I>-IV рассматриваются взгляды на при­роду сил, управляющих человеком иживыми существами, и обосновывается истинность взглядов Платона и Гиппо­крата, кн. V—К посвящены проблемам чувственного вос­приятия и методологии исследошшя; Трактат носит под­черкнуто полемический характер.» Гален принимает плато­новское деление души на вожделеющую, аффективную и разумную, и в этой связи постоянно критикует монисти­ческую психологию стоиков за отрицание неразумной ду­ши и понимание «страстей» (патосов) как ошибок сужде­ния. Стоики критикуются также за локализацию «ведущей способности» души, равно как и речевой и двигательной, в сердце,—по Галену, этот тезис не выдерживает критики, основанной на «анатомической очевидности», которая указывает на мозг, В качестве главного оппонента высту­пает Хрисипп, чей трактат «О душе» Гален часто цитирует, что является для нас важным источником знания о стои­ческой философской психологии; имя стоика Посидония Гален приводит с симпатией, ибо тот принял платониче­скую трехчастную модель души. Для Галена характерно сочетание монотеистических идей (отождествление бога с умом-ядши в духе среднего плато-«ваиа) с телеологическим принципом (особенно в «О на­значении частей человеческого тела»): на основании изу­чения строения организма Гален приходит к выводу, что «ум-нус все распределяет и упорядочивает» (vol. 3, Р- 469.11 Kiihn), «творец-демиург ведет все возникающее к наилуч­шему виду» (410, lb-12), «що всем наш творец имеет в виду единую цель совершенства всех частей, выбор наи­лучшего» (476.8—10); принимая за образец платоновского демиурга» Гален принимает также аристотелевский прин­цип «природа ничего не делает напрасно»: Он использует аристотелевское учение о причинах и вслед за средними платониками добавляет к четырем причинам пятую«-ин» струментальнук». В физиологии Гален вслед за Гиппократом был сторонни­ком гуморальной теории, согласно которой основными составляющими организма человека являются кровь, слизь, желтая и черная желчь, каждая из которых ассоции­руется с парой фундаментальных противоположностей (по Аристотелю): горячим, холодным, сухим и влажным. Болезнь определяется как «повреждение естественных функ­ций», она проистекает от избытка или недостатка четырех основных качеств—самих по себе или в сочетании. С именем Галена связано становление экспериментального метода в медицине (что в целом не было характерно для античного естествознания); эксперименты, вт. ч. по виви­секции живых животных, проводились им с целью опровер­жения стоических и аристотелевских представлений о фи­зиологии организма, в частности, в ходе таких опытов была опровергнута традиционная точка зрения, полагавшая нали­чие крови исключительно в венах, а в артериях—пневмы (ибо при вскрытии трупов артерии оказывались пустыми). Однако для объяснения процесса дыхания Гален полагал наличие некоей пневмы, которая может смешиваться с кровью и соответственно трем частям души разделяется на три вида. Ряд опытов Гален провел для доказательства того, что центр ощущений и источник двигательных импульсов сосредоточен не » сердце, а в головном и спинном мозге. Наряду с воздухо- и водолечением Гален придавал большое значение лекарственным препаратам (рецептам их посвящен отдельный трактат), составил также несколько описаний лечебных растений (травников), неоднократно переводившихся на латынь, арабский, сирийский и персидский языки. Понятие «галеновы препараты» существует в медицине до сих пор н означает препараты, полученные из растительного сырья нутам особой технологии (настойки, экстракты и др.). О многих утраченных сочинениях Галена известно только по арабским, сирийским и латинским переводам. В Средние века, как на Востоке, так и на Западе, Гален оставался непререкаемым авторитетом в медицине, «королем анато­мии», и представлял тот идеал, о котором говорил Гиппок­рат: «врач-философ подобен богу». Соч




 

Поиск по сайту