Ивановский Владимир


ИВАНОВСКИЙ Владимир Николаевич [25 июля (6 авгус­та) 1867, Вышний Волочек Тверской губ. — 4 января 1939, Минск] — русский философ, деятель университетского обра­зования. Окончил историко-филологический факультет Мос­ковского университета (1890), работал ученым секретарем журнала «Вопросы философии и психологии». Приват-доцент Московского (с 1899), Казанского (1904—12), профессор Самарского (с 1919) и Белорусского (1921—27) университетов. Сторонник «научной философии», которую понимал как об­щую методологию, выявляющую наиболее общие основания знания и культуры. Автор одной из первых книг по филосо­фии науки в России «Методологическое введение в науку и философию» (т. 1. Минск, 1923). Был знатоком учений об ас­социации идей в британской гносеологии и психологии. В пос­ледние годы жизни занимался переводами сочинений Декарта и Я. А. Коменского.



Игнатий Антиохийский


ИГНАТИЙ АНТИОХИЙСКИЙ (Ignatius) Иг­натий Богоносец, (кон. 1 в. — ум. 107/117) — церковный де­ятель, епископ Антиохии, один из т. н. «апостольских от­цов» — христианских писателей и богословов следующего пос­ле апостолов поколения. Казнен в период правления римс­кого императора Траяна. Игнатию принадлежит семь посланий, написанных по пути из Антиохии в Рим, куда он был отправлен под стражей для приведения в исполнение смертного приговора. Богословие Игнатия продолжает тра­диции апостола Павла и Иоанна Богослова. Основные моти­вы его учения — проповедь монотеизма; утверждение двух природ Христа (божественной и человеческой) и острая кри­тика докетизма (отрицания человеческой природы Христа и реальности его страданий); прославление мученичества; уче­ние о Церкви (Игнатий первым в христианской письменнос­ти употребляет выражение «кафолическая Церковь» и отста­ивает монархический епископат).



Иванов-Разумник


ИВАНОВ-РАЗУМНИК (наст, имя и фам. Разумник Ва­сильевич Иванов; псевдонимы: Р. Новосельский, В. Холмский, Скиф, Тугарин, Ипполит Удушьев, Р. Корсаков) [13 (25) де­кабря 1878, Тифлис — 9 июня 1946, Мюнхен] — русский историк общественной мысли, литературный критик, публицист. Учился на математическом отделении физико-математичес­кого факультета Петербургского университета (1897—1902), одновременно посещал лекции на историко-филологическом факультете, занимаясь в семинаре у профессора А. С. Лаппо-Данилевского. Активно участвовал в революционном движе­нии, неоднократно арестовывался, солидаризовался с парти­ей эсеров. Сотрудничал в радикальных и либеральных обще­ственно-политических изданиях: газ. «Трудовая Россия», «Зна­мя труда», «Дело народа», «Земля и воля», журн. «Русская мысль», «Заветы», «Наш путь» и др. Иванов-Разумник — иде­олог «неонародничества». Главные постулаты его «философии смыслотворчества»: антимещанство, этический индивидуализм и социализм, трактуемые не в марксистском, а в народничес­ком духе. Свою мировоззренческую систему, центральное ме­сто в которой отведено ценностям свободной личности и бла­гу народа, называл «имманентным субъективизмом». Исто­рический процесс в России представлен у него дихотомией оппозиционных «общественных групп»: интеллигенции и ме­щанства. Выдвинул концепцию основополагающей роли ин­теллигенции в жизни русского общества, отвергнутую позже веховцами. Основатель и лидер литературной группы «Ски­фы» (1917—18), идеи которой повлияли на становление иде­ологии евразийства. Организатор Вольной философской ас­социации («Вольфила», 1919—24), где возглавлял культурно-философский и литературный отделы. В духовном максима­лизме, катастрофизме и динамизме «скифства» видел возможность преодоления кризиса гуманизма западной куль­туры. Приветствовал Октябрьскую революцию как первый этап на пути к чаемой им духовной революции, обновлению культуры и настоящему освобождению человечества, кото­рое не удалось христианству. С кон. 1920-х гг. отстранен от активной литературной и общественной жизни. В 1933—39 арестовывался и находился в ссылке. С 1941 попал в зону не­мецкой оккупации, в 1942—43 содержался в лагере для пере­мещенных лиц. Остаток жизни провел в Германии. Одним из первых зафиксировал и осудил в печати большевистский тер­рор 1920-30 гг.



Иванов Вячеслав


ИВАНОВ Вячеслав Иванович [16(28) февраля 1866, Моск­ва — 16 июля 1949, Рим] — поэт, мыслитель, теоретик рус­ского символизма, переводчик Эсхила, Данте, Петрарки, Но-валиса и др. В 1886 по окончании двух курсов историко-фи­лологического факультета Московского университета уехал в Берлин, где написал исследование о системе откупов в римс­ком Египте, одобренное Т. Моммзеном. С 1891, увлекшись Ницше, специально изучает в Афинах культ Диониса. В 1895 соединяет свою судьбу с Л. Д. Зиновьевой-Аннибал (1865— 1907). В 1896 знакомится с оказавшим на него сильное влия­ние В. С. Соловьевым. После публикации в России первой книги стихов («Кормчие звезды», 1903), вызвавшей востор­женные отзывы, Ивановы переселяются в 1905 в Петербург, где на «башне» проводятся знаменитые «Ивановские среды». У Иванова завязываются тесные (хотя и довольно сложные) отношения с Бальмонтом, Белым, Бердяевым, Блоком, Брю-совым, Эрном и др. Он становится одним из лидеров русского символизма и активно влияет на его развитие. Проявляет спо­радический интерес к теософии. С 1913 живет в Москве; сближается с Флоренским и Скрябиным, интересуется пра­вославной догматикой. В 1921 Иванов переезжает с детьми в Баку, где преподает в местном университете, а в 1924 навсегда покидает Россию и обосновывается в Италии. В 1926 Ива­нов, говоривший о необходимости дышать в религии «обо­ими легкими», присоединился к католичеству восточного об­ряда, не отрекаясь от православия (на что понадобилось спе­циальное разрешение Ватикана).

В символизме Иванов различал идеалистическую и реалисти­ческую тенденции, отстаивая последнюю; в теории творче­ства, используя собственную концепцию соотношения аполлонического и дионисийского, обосновывал оппозицию мисти­ческого восхождения и нисхождения, лежащую в основе твор­ческого процесса. Считал необходимым реформировать современный театр, возродив его изначальную мистериаль-ность; аналогичные идеи развивались по отношению к рома­ну, который должен вернуться к трагедии как своему истоку («Достоевский и роман-трагедия») В нравственной сфере ут­верждал приоритет диалогизма, основывая его на религиоз­ной формуле «Ты еси». В 1910-е гг. констатировал глубокий кризис русского символизма (сб.: «По звездам», 1909; «Бороз­ды и межи», 1916; «Родное и вселенское», 1918). Иванову при­надлежит оригинальная научная концепция о языческой ми­фологии как о «предуготовлении» к христианству («Дионис и Прадионисийство», 1923). На Западе в связи со своеобычной трактовкой гуманизма широкую известность приобрела кни­га «Переписка из двух углов» (1921; совместно с М. О. Гершен-зоном).

Будучи поэтом-философом интеллектуально-мистического склада, Иванов стремился «систематически» выразить орга­ничную связь эпох посредством «переклички» универсальных символов; даже в лирике преимущественно пользовался слож­ными формами (циклы, «венки сонетов», триптихи и др.). По­эзия Иванова, изобилующая сложно организованной симво­ликой разных эпох, трудна для восприятия, однако смысло­вая ткань его поздних стихов стала прозрачней (сб.: «Сог ardens», 1911—12, «Нежная тайна», 1912 и др.; мелопея «Че­ловек», 1915—19; трагедии «Тантал», 1905, «Прометей», 1919). В последние годы жизни (1928—49), внешне отойдя от сим­волизма, работал над принципиально новым по художествен­ным задачам произведением — «Повестью о Светомире Ца­ревиче», написанной оригинальной ритмической прозой и преломляющей эллинско-византийскую традицию в нацио­нально-русской жанровой форме.



Ибн Эзра


ИБН ЭЗРА Авраам (1089/93,Тудела, Сарагосский эмират — 1164/67, Калаорра) — испано-еврейский философ-неоплато­ник, поэт, экзегет, математик и астроном, филолог. Жил и ра­ботал в мусульманской Испании, в 1138/39 вынужденно по­кинул ее и странствовал от Египта до Британии. Писал на ев­рейском, арабском, латинском языках. Самый объемный труд Ибн Эзры — актуальный до сих пор комментарий к книгам Иова, Даниила, к Псалмам, затем ко всему Пятикнижию. Как в экзегетике, так и в лирике, в философских поэмах, в корпу­се астрономо-астрологических трактатов «Начало мудрости» (Re'sit hokmah), в теории чисел, алгебре, тригонометрии, грам­матике Ибн Эзра увлечен неоплатонически-кабаллистичес-кими умозрениями влияний и соответствий, пронизывающих все бытие от небесных сфер до буквы Писания. Его спекуля­ции о божественных именах (Sefar has-sem) вошли в состав Каббалы. Великая загадка для Ибн Эзры человек: он микро­косм и, постигая себя, познает мир. Индивидуальная душа, отделяясь от вещества как плод от дерева, воссоединяется с душой Вселенной на пути через 9 духовно-космических сфер к уму и божественному единству. Образный стиль Ибн Эзры допускает эманативистское и даже пантеистическое прочте­ние его космологии; его называют первым рационалистичес­ким критиком Библии, ранним гуманистом. Вопреки ревни­телям традиционного иудаизма он стал признанным автори­тетом для последующей средневековой еврейской религиоз­ной философии. В 13 в. его переводили на старофранцузский, латинский, испанский языки. Спиноза, продолживший нача­тую им критику библейского текста, называет его человеком свободного ума и незаурядной эрудиции.



Ибн Халдун


ИБН ХАЛДУН Вали ад-Дин 'Абд ар-Рахман Ибн Мухам-мад (1332, Тунис — 1406, Каир) — арабо-мусульманский фи­лософ, историк и государственный деятель. Получил обра­зование в Тунисе. С 1354 сменил много городов Магриба и Испании, занимая пост секретаря и посла у ряда правителей. После 1382 жил в Египте, где был назначен верховным кади­ем-судьей маликитского толка. Совершил паломничество в Мекку (1387—88), в священные города Палестины (1400). Знаменитым событием египетского периода жизни Ибн Хал-дуна стала его встреча в Дамаске с Тимуром (1401), пытав­шимся склонить философа перейти к нему на службу. Наряду с «Автобиографией» перу Ибн Халдуна принадлежат «Лубаб ал-Мухассал» («Суть Мухассала») — компендиум со­чинения Фахр ад-Дина ар-Рази «ал-Мухассал» по каламу-бо-гословию и фалсафе-философии и «Исцеление вопрошающе­го» («Шифа' ас-са'иль»), посвященное мистическому (суфий­скому) пути познания. Прославился Ибн Халдун как автор «Большой истории», особенно «Введения» («Мукаддима») к ней. В этой теоретической вводной части, представляющей собой энциклопедию культурной жизни арабо-мусульманс-кого средневековья, Ибн Халдун ставит задачу превратить ис­торию из хроники царей и пророков в строгую научную дис­циплину, долженствующую образовать одну из важнейших отраслей философии. Отсюда его стремление создать особую науку об обществе, опирающуюся на представление о зако­номерном характере социального развития, которое обуслов­лено действием таких материальных факторов, как хозяйствен­ная деятельность людей («способ добывания жизненных средств») и естественно-географическая среда. Ибн Халдун подверг критике исходящие из платонического учения обще­ственно-политические взгляды арабоязычных перипатетиков, усматривая в них своего рода мистику («соединение» челове­ка с Деятельным разумом) и утопию, отвергая которую, он обратился к конкретному изучению развития общества, его культуры и нравов.



Ибн Хазм


ИБН ХАЗМ Абу Мухаммад 'Али Ибн Ахмад (994, Кордо­ва, Испания — 1064) — арабо-мусульманский теолог, видный представитель захиритской школы мусульманского права (фикха), поэт и историк. Родился в семье визиря, получил хо­рошее образование, изучив религиозные науки, литературу и поэзию. Поддерживал Омейядов в их борьбе с восставшими берберами, дважды или трижды занимал пост визиря и, ког­да берберская партия брала верх, подвергался тюремному зак­лючению и ссылке. Разочаровавшись в своем политическом опыте, Ибн Хазм отстранился от общественной жизни, с 1047 жил в родном поместье на юго-западе страны, посвятив себя литературному творчеству. Там он и умер. Из ранних сочинений Ибн Хазма особую известность полу­чило «Ожерелье голубки» (рус. пер. М., 1957), представляю­щее собой собрание прозаических пассажей и поэтических ил­люстраций на тему любви. К этому богатому глубокими на­блюдениями по человеческой психологии трактату примыка­ет составленный впоследствии объемистый этический труд «Характеры и нравы» («ал-Ахлак ва-с-сийар»). В правовед-ческих сочинениях («ал-Ихкам фй 'усул ал-ахкам» и обшир­ном «ал-Мухалла») Ибн Хазм, следуя захиритской традиции, настаивал на буквальном («захйр») толковании священных текстов, в качестве первоисточников права-фикха признавал лишь Коран и сунну, отвергая принятые в других юридичес­ких школах рациональные методы (в т. ч. «кийас» — сужде­ние по аналогии, «ра'й» — личное усмотрение; «иджма'»-кон-сенсус он ограничил единогласием сподвижников Пророка). Одновременно Ибн Хазм выступал против «таклйда» (следо­вание авторитетам), допуская следование лишь Пророку (что, по его мнению, не является таклйдом); пытался легитимизи­ровать логику (аристотелевскую), иллюстрируя ее примерами правового и богословского характера (книга «ат-Такрйб ли-хадд ал-мантик»). Ибн Хазм известен также как автор боль­шого доксографического труда «ал-Фисал» («Разбор»), в ко­тором он апологетически отстаивает преимущество ислама над другими религиями, одновременно подвергая суровой крити­ке всех представителей мусульманской спекулятивной теоло­гии — калама (включая ашаритов), а также восточных пери­патетиков и суфиев.



Ибн Туфайл


ИБН ТУФАЙЛ (Ибн Туфейль) Абу Бакр Мухаммад Ибн 'Абд ал-Малик (латинизиров. Абубацер (Abubacer)) (нач. 12 в., Вади-Аш, ныне Кадис, Испания — 1185/86 Марракеш, Ма­рокко) — арабо-мусульманский философ, представитель арабоязычного перипатетизма (фалсафы), ученый и врач. Изу­чал философию и медицину в Севилье и Гренаде. С 1154 жил в Северной Африке, был секретарем правителя Септы и Тан­жера, затем визиром и придворным врачом альмохадского ха­лифа Абу Йа'куба Йусуфа, а состарившись, уступил (в 1182) место лейб-медика халифа Ибн Рушду, оставив за собой пост визира. В похоронах Ибн Туфайла участвовал сам халиф. Ибн Туфайл был человеком широких интеллектуальных и художественных интересов (в частности, в астрономии им высказаны идеи, шедшие вразрез с общепринятой в его время Птолемеевой системой). Из его научно-философского на­следия сохранилась лишь «Повесть о Хайе, сыне Якзана». В этой аллегорической робинзонаде сначала рассказывается, как на необитаемом острове самопроизвольно, из недр са­мой природы, возникло дитя человеческое — Хайй и как он своим разумом постигал мир, сначала физический, а затем метафизический, вплоть до Первопричины, Бога. Вторая часть книги повествует о знакомстве Хайя с обитателями со­седнего острова, живущими по ниспосланному Богом зако­ну. В общении с ними Хайй убедился в том, что философс­кая истина, хотя по сути и тождественна богооткровенной, является уделом «избранных», но не «широкой публики», не способной к аллегорическому толкованию священных текстов и абстрактному мышлению, а потому перед ней было бы вредно и губительно разглашать сокровенное, философ­ское знание.

Переведенный на латинский, а затем на многие европейские и восточные языки роман Ибн Туфайла стал после «Тысячи и одной ночи» одним из самых популярных в мире произве­дений арабской литературы. На русском языке опубликован впервые в 1920 (в переводе И. П. Кузьмина), неоднократно переиздавался (в 1978 с предисловием И. М. Фильштинско-го; в 1985 с предисловием Б. Шидфар); в 1988 издан новый перевод А. В. Сагадеева с его обстоятельной вступительной статьей.



Ибн Сина


ИБН СИНА Абу 'Али (латинизиров. Авиценна) (16 августа 980, близ Бухары — 1037, Хамадан, Сев. Иран) — ученый, фи­лософ, врач.

Получил систематическое домашнее образование, еще в юно­сти прочитал сочинения Евклида и Птолемея; благодаря тру­дам ал-Фарабй познакомился с «Метафизикой» Аристотеля, а несколько позже с сочинениями других античных ученых и философов. Овладев логикой, естественными и математичес­кими науками, философией и теологией, приступил к изуче­нию медицины и врачеванию. К 18 годам Ибн Сина уже проявил себя зрелым ученым, вступив в 977 в научную перепис­ку и полемику с ал-Бирунй. Завися от милости и капризов эми­ров и султанов, испытывая на себе последствия дворцовых интриг, Ибн Сина был вынужден вести жизнь скитальца. Даже наиболее длительный и плодотворный «исфаханский» пери­од его жизни (1023—37) был неспокойным. В 1030 во время нападения на Исфахан наместника газневидского султана Маc'уда дом Ибн Сины был ограблен и многие его труды про­пали. Тяготы напряженной жизни привели к болезни, от ко­торой он умер, находясь в путешествии. Научное наследие Ибн Сины охватывает разные области зна­ния: философию, медицину, математику, астрономию, мине­ралогию, поэзию, музыку. Точное количество его трудов не установлено (приписывается до 456, в т. ч. 23 на фарси). Глав­ный труд Ибн Сины как ученого — «Канон врачебной на­уки» («Канун ат-тибб»). Переведенный на латинский язык, он вплоть до 17 в. был для европейских медиков основным руководством. Столь же популярным стало и другое фунда­ментальное сочинение, охватывающее разные области зна­ния, — «Книга исцеления» («Китаб аш-шифа'»), обширную часть которой составляет «Книга о душе». На родном языке фарси Ибн Сина изложил свои философские взгляды в «Книге знания» («Даниш-нама»). Подводящее итоги его философс­ких размышлений сочинение — «Указания и наставления». Как философ Ибн Сина принадлежал к арабоязычному пери­патетизму (фалсафа), вслед за ал-Фарабй разрабатывая про­блематику аристотелевского учения на почве исламской куль­туры. Много сделал для выработки философского словаря на арабском и персидском языках. Отстаивая и развивая фило­софскую систему Аристотеля, Ибн Сина большое место в сво­их трудах уделял логике, учению о причинности, первой при­чине, материи и форме, познании, категориях, выражающих понимание наиболее существенных отношений действитель­ности, принципах организации мысли и знания. Но прини­мая многие идеи перипатетизма, Ибн Сина вышел за его пре­делы. Эволюцию взглядов Ибн Сины определили идейная полемика вокруг теологических проблем в исламе, его есте­ственно-научная деятельность и распространение идей нео­платонизма.

В учении Ибн Сины постоянно присутствуют два подхода в описании мира: физический и метафизический. Когда он рас­суждает как «физик», он рисует картину сущего в категориях движения, пространства, времени. Она представляет располо­жение всего сущего от простого к сложному, от неживого (ми­нералы) к живому (растения, животные) и заканчивается наи­более сложным организмом, наделенным разумом, — челове­ком. В этой картине разум рассматривается как тесно связан­ный с телом, с материей: «Души возникают тогда, когда возникает телесная материя, годная для того, чтобы ею пользо­валась душа» (Книга о душе.— Избр. философ, произв. М., 1980, с. 488). Эта материя — мозг, разным отделам которого соответствуют разные психические процессы. «Хранилище об­щего чувства есть сила представления, и она расположена в пе­редней части мозга. Вот почему, когда эта часть повреждена, сфера представления нарушается... Хранилищем того, что вос­принимает идею, является сила, называемая памятью, и она расположена в задней части мозга... Средняя часть мозга со­здана в качестве места силы воображения» (там же). Рассмат­ривая разные психические состояния и явления — сон, снови­дения, способность внушения, предсказания, пророчества, раз­мышляя о таинствах и чудесах, Ибн Сина призывает «раскрыть причину всего этого, исходя из законов природы» (там же).

Когда же Ибн Сина рассуждает как метафизик, он строит картину мира, начинающуюся с предельных, наиболее общих понятий: первичной, непосредственно данной идеи бытия и понятия Единого (Первоединого, Бога), дающего в наиболее общем виде представление о существующем и выражающего монистический (монотеистический) взгляд на сущее в целом. «Первое (ал-'аввал) не имеет ни подобия, ни противополож­ности, ни рода, ни видового отличия, ни предела. Нельзя ука­зать на него, кроме как при помощи интеллектуальной мис­тики ('ирфан)» (Указания и наставления.— Там же, с. 331). С точки зрения организации мироздания Единое выступает как Первопричина. Концепция строго упорядоченного мира, подчиненного законам детерминизма, является одним из центральных пунктов Авиценновой философии. Ряд причин­ной зависимости, порождающих причин, восходящих одна к другой, заканчивается Первой причиной, которая, являясь активным началом (воля), высвобождает свою потенциаль­ность. Так, опосредованный рядом ступеней, возникает мно­жественный тварный мир.

Решая, в отличие от Аристотеля, проблему не только дей­ствительности мира, но и его независимости от Творца, Ибн Сина главное внимание уделяет теме возможного и необхо­димого. Основная идея арабоязычных перипатетиков — идея мира, в возможности уже содержащегося в Едином и потому совечного Творцу. Наличие возможности и воли, причины оз­начает необходимость акта творения и сотворенного. Пер­вое, первоначало — это то единственное, что изначально не­обходимо само по себе. Все остальное является производным от него и потому лишь возможным. Но, поскольку имеется причина, реализующая эту возможность, последняя становит­ся в свою очередь необходимостью и как таковая — необхо­димой причиной следующего порождения. Т. о., первая при­чина является только первым толчком, а в дальнейшем мир сущего определяется причинной зависимостью внутри него самого.

Другим важнейшим пунктом философии Ибн Сины, делаю­щим его оригинальным мыслителем, является его учение о душе. Отмечая непременную связь разума и телесной мате­рии, Ибн Сина, в отличие от Аристотеля, интересуется разу­мом также и как особой, нетелесной субстанцией. «Потенци­альный» разум благодаря обучению, овладению знаниями становится «актуальным». Достигая высшей ступени, умопо-стигая абстрактные формы, приобретая силу «активного ин­теллекта», он становится «приобретенным». На этой ступени работа разума может уже не зависеть от внешних впечатле­ний; мышлению о мышлении связь с материей скорее меша­ет. Такой разум не нуждается в изучении умопостигаемых су­щих — он постигает непосредственно, интуитивно. «В при­обретенном разуме человеческая потенция уже уподобляет­ся первым началам всего сущего» (О душе.— В кн.: Избр. произв. мыслителей Ближнего и Среднего Востока. М., 1961, с. 229). Независимость разума от тела Ибн Сина доказывает его неделимостью, а также способностью его к деятельности и даже ее усилением при ослаблении деятельности тела, чувств и пр. Ярким аргументом в пользу нетелесности разума является описанный Ибн Синой интроспективный опыт, об­раз т. н. «парящего человека». В этом опыте человек сознает, что «я есть я, даже если я не знаю, что у меня есть рука, нога или какой-либо иной орган» (Избр. философ, произв., с. 510). Поскольку разумная душа является субстанцией, не зависи­мой от тела, она не умирает вместе с гибелью тела. На пони­мание Ибн Синой разума и форм познания оказал влияние суфизм и личный опыт «тариката», нашедший отражение в его «суфийских» сочинениях: «Трактат о Хайе, сыне Якзана», «Послание о птицах», «Салман и Абсаль» и др. Будучи естествоиспытателем, Ибн Сина понимал значение опыта, однако в целом он оставался в рамках науки во мно­гом умозрительной, что стало поводом полемики между ним и ал-Бируни.



Ибн Сафван


ИБН САФВАН Джахм Абу Мухриз (казнен 745) — арабо-мусульманский теолог, основатель и эпоним ранней школы калама — джахмизма. Родился в Самарканде, жил в Термезе, а затем в Куфе, где встретился с богословом Джа'дом Ибн Дирхамом (ум. 742/743) и стал проповедником его идей. Вер­нувшись на родину, Джахм Ибн Сафван вел ожесточенные споры с не разделявшими его взгляды богословами, в т. ч. с видным комментатором Корана Мукатилом Ибн Сулайма-ном (ум. 767), известным своими антропоморфистскими воз­зрениями. Позже принял участие в восстании против омей-ядского наместника Хорасана, был захвачен в плен и казнен в Мерве.

Вслед за своим учителем Джа'дом Джахм Ибн Сафван отста­ивал положение о сотворенности Корана во времени (проти­воположный тезис об извечности Корана станет господству­ющим в исламе), о невозможности приписывания Богу каких-либо антропоморфных характеристик и вообще отличных от Его сущности положительных атрибутов. Это учение о Боге оппоненты джахмитов связывали с их пантеистической тен­денцией: отрицание нахождения Бога в определенном месте означает его всеприсутствие; Богу нельзя присвоить свойства какой-либо твари, ибо Он есть целокупность их всех. Джахм Ибн Сафван развивал крайнюю форму джабризма-фатализ­ма, приравнивавшего действия человека к природным процес­сам. Для его эсхатологии характерен финитизм — будущие со­бытия (движения) не могут быть бесконечны, откуда следует отрицание вечности Рая и Ада (вопреки общепринятому в ис­ламе мнению). Видными последователями Джахма Ибн Сафвана были Дирар Ибн 'Амр (ум. 815), Бишр ал-Марйсй (ум. 833) и его ученик ал-Хусайн ан-Наджжар. Многие идеи джахмизма получили развитие в мутазилизме. Сочинения Джахма Ибн Сафвана и его приверженцев не сохранились.




 

Поиск по сайту